«Сдаться всегда успеешь». Как тренируется единственная в Беларуси колясочница-пауэрлифтер

«Колясочница-пауэрлифтер» звучит так же неправдоподобно, как и «балерина-микробиолог». А между тем такая спортсменка в нашей стране действительно есть. Анне Кричко 21 год, она не чувствует ног до колена, но поднимает штанги весом в полтора раза больше собственного.

Огород вместо пандуса

Фолиевая кислота — копеечное лекарство: упаковка таблеток стоит меньше билета на автобус. Но Аниной маме, тогда еще 18-летней девчонке, никто из врачей не объяснил, что для беременных — это препарат номер один. Если бы предупредили, что без этого витамина она рискует родить ребенка со спинномозговой грыжей, наверняка бы прислушалась.

 То, что Аня — особенная, родители заметили только через полгода, когда у дочки стали искривляться стопы. В поисках лечения обошли всех — от местных бабок-шептуний до именитых хирургов. Горсти лекарств, гимнастика, гипсование — ничего не помогло поставить девочку на ноги. Да и не могло помочь: «спина бифида» (так правильно звучит диагноз) — темная лошадка современной нейрохирургии. Когда стало понятно, что выздоровление невозможно, семья перестала бороться с болезнью и начала к ней приспосабливаться.

В Аниной родной деревне Телуша (20 минут езды на дизеле от Бобруйска) об безбарьерной среде слышали разве что по телевизору. В ее доме — многоквартирной двухэтажке — никогда не было пандуса.

— Мы не настаивали, — разводит руками Анна. — Да и вряд ли жильцы согласились бы: у нас возле подъезда вся земля занята под огороды.

В местную школу мама носила дочку на руках — до тех пор, пока в пятом классе им не выделили кабинет на втором этаже. Мама просила перевести ребят на первый, но директор отказалась — не положено. Пришлось перейти на домашнее обучение, вспоминает Анна:

— Сейчас понимаю, что в плане образования я была запущенным ребенком. Хотя тяга к знаниям присутствовала — всегда любила книги, энциклопедии. Не все учителя доходили до меня: некоторые брали часы, но почти не появлялись. Зато те, которые приходили, требовали сполна: школьную программу по биологии, географии, истории помню до сих пор.

В семье Ане тоже поблажек не делали — не потому что не любили, а потому что рассуждали трезво:

— Мама всегда говорила: однажды нас с отцом не станет, у младшего брата будет своя семья — что ты будешь делать? В результате могу и умею почти все — разве что окна не помою. Стараюсь стать максимально самостоятельной. Недавно, чтобы поехать на соревнования в другой город, мне нужно было забраться на верхний ярус двухэтажного автобуса. Сопровождающий предложил меня отнести, а я как представила, что он будет взбираться по крутой лестнице со мной на руках… В итоге поползла сама. Я вообще хорошо ползаю, — улыбается спортсменка.

У подружек — сессии и свидания, а у тебя —

коляска и неясное будущее

Аня впервые четко осознала, что отличается от ровесниц, в 14 лет, когда подружки, которые еще вчера охотно играли с ней в куклы, стали бегать на дискотеки — а ей приходилось оставаться дома. Второй раз ее накрыло в 17, когда приехала в Минск на курс по управлению инвалидной коляской активного типа.

— До 17 лет у меня была надежда, что однажды начну ходить. А тут я вдруг резко поняла, что коляска — это навсегда. Истерика случилась прямо во время занятия — хорошо, что тренер повел себя правильно, не стал меня трогать. Не передать, какая паника охватывает, когда школьные подружки влюбляются, выходят замуж, получают образование — а у тебя есть только коляска и неясное будущее.

Первое, что Аня решила сделать — выбраться из деревни. Но за что зацепиться 17-летней девушке с инвалидностью, у которой из образования — только справка об окончании спецшколы в Осиповичах? Аня решила сделать ставку на спорт: танцевала на коляске, занималась лыжными гонками.

— Уже потом, когда я бросила лыжные гонки, тренер признался, что не видел во мне перспектив, но пожалел, не стал выгонять.

А три года назад Аня попробовала себя в тяжелой атлетике — и втянулась.

— Никогда не видела себя в этом виде спорта. Помню, мы с девчонками-лыжницами разговаривали о пауэрлифтинге, и я еще пошутила: «Ой, я даже гриф от штанги не подниму». Сейчас смешно вспоминать.

Уже на первой тренировке бобруйчанка смогла «выжать» от груди 50 кг — при собственном весе в 45. Сейчас поднимает 75. Тренер, паралимпийский чемпион Александр Ботян, называет способности Ани уникальными — у нас в стране нет даже здоровых спортсменок, которые могли бы повторить этот результат, не говоря уже о колясочницах.

Сейчас Аня ходит в спортзал минского Лечебно-реабилитационного комплекса как на работу — занимается пять раз в неделю по полтора часа. Под руководством Александра трижды становилась чемпионкой Беларуси, выступала на международных соревнованиях в Венгрии. А на следующей неделе полетит на чемпионат мира в Мексику — спасибо паралимпийскому комитету, который спонсирует поездки.

— Призером вряд ли стану, у меня пока не тот уровень, — объективно оценивает свои силы спортсменка. — Но в шестерку или восьмерку должна войти.

Хочу быть примером

Помимо побед, Аня мечтает поменять старенькую коляску. О новой даже не думает — собрать бы на «бэушку» 500 долларов. Но и эта сумма пока неподъемная. А еще девушке хочется получить место в спортивном общежитии. Сейчас, чтобы иметь возможность тренироваться, снимает комнату недалеко от спортзала — на это уходит вся пенсия по инвалидности.

— Со съемом жилья целая история. Звонишь: «Вы сдаете комнату?» — «Да». — «Отлично! Только есть один нюанс — я на коляске». — «Ой, девушка, мы забыли: буквально пять минут назад ее уже сняли!». В итоге помогли знакомые тренера — сама бы я ничего не нашла.

Несмотря на такие казусы, Аня замечает, что с каждым годом отношение к людям с инвалидностью меняется в лучшую сторону:

— Не могу сказать, что общество не готово нас принять — белорусы, особенно в Минске, очень лояльны и участливы. А вот с инфраструктурой проблемы. Скажу откровенно: мне фактически недоступно метро. А пандусы порой строят под таким углом, что даже с моими сильными, тренированными руками невозможно по ним подняться. Хотя я много где была: сама съездила в музей ВОВ, Красный костел. А вот в «националке» до сих пор не побывала — как-то хотела съездить, но по телефону предупредили, что сегодня у них не работают лифты. Так и не сложилось.

Помимо пауэрлифтинга у Ани много других интересов: она встречается с друзьями, вышивает, читает книги по психологии.

— У меня много планов: подучить английский, чтобы свободно объясняться на мировых чемпионатах, выучиться на инструктора. А еще, пускай это звучит нескромно, я хочу быть примером для других. Чтобы, глядя на меня, все понимали — нужно бороться. А сдаться ты и так всегда успеешь.

Фото: sb.by

 

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Печать
Вам также могут понравиться

НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

avatar
  Subscribe  
Уведомлять меня о

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: